Москвичи называют этот странный дом в Кривоарбатском переулке «домом Мельникова». Константин Степанович Мельников (1890–1974), гениальный русский архитектор, оказавший влияние на всю мировую архитектуру, считал дом одним из лучших своих созданий. По-видимому, мастер воспринимал его как своеобразного двойника. Недаром наверху, над окном второго этажа, он поместил рельефную надпись: КОНСТАНТИН МЕЛЬНИКОВ. АРХИТЕКТОР.


Дом Мельникова известен во всем мире. Сюда совершают паломничество архитекторы, художники, поэты... Кто-то видит здесь далекое будущее. Например, авторы интересного путеводителя «Прогулки по Москве» М. Милова и В. Резвин так и на-
звали одну из глав своей книги: «Инопланетяне в Кривоарбатском». «Первое впечатление было таким, будто на арбатский дворик приземлился инопланетный корабль. На белый вертикально стоящий цилиндр падали густые тени деревьев, а в стеклах растянутых шестигранных иллюминаторов пламенел закат... Зрелище оказалось столь ошеломляющим, что несколько минут мы молча осваивались с Чкосмической фантазией“ наяву» — авторы путеводителя словно лишний раз подтвердили одну из главных идей архитектора: «Самые точные представления о Вселенной остаются в искусстве».
Кто-то находит в доме живое прошлое. Крупнейший наш искусствовед М. В. Алпатов, выступая на юбилее К. С. Мельникова в декабре 1965 года, говорил: «Мне было очень приятно входить в эти каменные цилиндры. Почему-то вспоминались башни Антониева монастыря в Новгороде и чудилось, будто я плыву на каком-то корабле... Здесь бросается в глаза, что из этих, казалось бы, самых практических и прозаических предпосылок возникает какой-то новый ритм, новые пропорции, новые комбинации и новые формы».
И опять это утверждение искусствоведа перекликается с одним из давних высказываний Мельникова: «Ближе нужно к земле, она родная мать, но дети ее бешеные, трезвых мало, и еще меньше благородных. Чем научнее (нахальнее), тем меньше становится на земле любви, слабеет сила красоты, замирают искусства, чахнет природа лесов, полей, аромат нежных ее цветов и свежего блеска бодрых лучей восхода. Творчество — тайна, и как бы красноречиво мы ее ни объясняли, она не объяснится и навсегда останется тайной, к нашему счастью».

Дом Мельникова весь пронизан творческой энергией, насыщен атмосферой прошлого, благотворных воспоминаний. Он будто живое существо, творящее постоянные положительно заряженные поля. Каждая часть его пространства создает свое настроение, свою мелодию. В гостиной на втором этаже будто звучат торжественные аккорды. В спальне вы попадаете во власть сонных грез. В мастерской на третьем этаже криволинейные очертания стен, шестиугольные окна сразу выводят за пределы обыденного.
«Воздействие дома удивительно, — говорит Виктор Константинович Мельников, талантливый художник, сын архитектора, — он прекрасно влияет на самочувствие, создает ощущение постоянной новизны, желание творить».
Изучая интерьеры дома, его планировку, понимаешь, насколько он удобен и рационален. Мастерски использовано свойство цилиндрической формы — зрительное перетекание смежных пространств. Великолепно решено естественное освещение. Шестиугольные проемы в стенах образованы сотовой архитектурой кладки. Особенно сильное впечатление производит мастерская, где по периметру стен от пола до потолка 36 окон создают неповторимое ощущение открытости внутреннего пространства, наполненного мягким, рассеянным светом. Здесь нет падающих теней, что крайне необходимо для работы архитектора и художника.
В спальне окна расположены с таким расчетом, чтобы их ритмическое чередование создавало атмосферу сна. «Одну треть жизни человек спит, — писал архитектор. — Если взять 60 лет — 20 лет сна, 20 лет путешествий в область загадочных миров без сознания, без руководства, касаясь неизведанных глубин, источников целительных таинств, а может быть, и чудес... В проекте 1930 года ЧЗеленый город“ на огромной, богатой природой, территории площадью 89 км2 близ Москвы мною запроектировано пять видов спален: физических (влажность, давление), химических (ароматы лугов, полей), психических (шум листьев, морского прибоя, музыка, соловьи, гроза). Идея проекта забавила врачей, но в настоящее время медицина приближает свои методы к сну как к целебному источнику. И я верю, что я не так уж далек от правды со своим проектом, что скоро к науке с техникой придут на помощь поэт и музыкант и завершат мою мечту построить СОНную СОНату».

Всю жизнь Константин Степанович Мельников писал книгу «Архитектура моей жизни». Только небольшая часть ее опубликована. Приведем некоторые отрывки из этой книги.
«Архитектурное искусство, как и все прочие искусства, служит только духовным сторонам жизни...
Для архитектора нет неархитектурных тем. Чисто архитектурные темы: ЧЛюбовь и ненавистьС, “Перерождение врагов в друзей“, “Форум нации“...
Архитектура — это не целесообразность. Архитектура — это Красота, другой архитектуры нет и не может быть...
Претворять нежные грезы в мощную действительность — это и есть профессия архитектора...
Произведения архитектуры — сокровищница сокровенной силы, в которой минувшее так же ново, как настоящее...
Архитектура в игре пространств, а не в объемах пространств — внутреннем и наружном...
Я почувствовал в диагонали чудо...
Музыка конструкций есть архитектура...
В строительной конструкции таится душа. Уметь ее вызвать — значит создать Архитектуру...
Решить идею — нарисовать красоту...
Красота есть высшая практическая польза...
Чтобы быть архитектором, и чтобы им быть по-настоящему, нужно не только красиво рисовать, но и красиво чувствовать, красиво думать и красиво жить и работать...
Много тайн внутри нас, людей, они обнаруживаются искусством и любовью, и глубина их, протяженность их равна Вселенной...
Бесценно то, что создано духом человека, не руками и даже не мозгом...»
Эти глубокие образы-мысли еще раз подтверждают старую аксиому: Архитектура создается только большим Человеком.





You have no rights to post comments