Где живут идеиНезримо царствуя в сознании людей
Над спесью городов, над грозной их судьбиной,
Превыше горестей и радости невинной,
Парит летучий рой живительный идей.
Эмиль Верхарн

Мы часто говорим, особенно не задумываясь: «Мне в голову пришла интересная мысль» или «Кажется, у меня появилась идея». А что если задуматься и начать задавать себе «детские» вопросы? Ведь философия, как считал Аристотель, начинается с удивления.

Так откуда к нам приходят мысли, стихи, музыка? Почему они такие разные — иногда скучные и банальные, а иногда столь необычные, будто и не наши вовсе? Но чьи же тогда? И каждую ли мысль можно назвать идеей? Сколько вопросов сразу…

Давайте не будем спешить с ответами, а пока вспомним одну любопытную историю, случившуюся со знаменитым композитором Берлиозом.

0
0
0
s2sdefault
vk button
powered by social2s

Можно ли изменить судьбуРано или поздно этот вопрос задает себе каждый. Совершенно не обязательно верить в судьбу, быть религиозным человеком или философом, чтобы на собственном опыте ощутить наличие некой предопределенности в своей жизни и острое желание эту самую предопределенность каким-то образом преодолеть. Но возможно ли это?

Немного истории

Что сильнее: предопределенность в жизни человека или его свобода выбора? Этот вопрос задавали себе мудрецы разных времен и народов. Их размышления не повторяют друг друга, но настолько друг друга дополняют, что их уместно сравнить с фрагментами большого пазла: каждое из них интересно само по себе, но, будучи сложенными вместе, они позволяют приблизиться к целостному восприятию вопроса. Давайте сделаем небольшой исторический экскурс и посмотрим, как в разных традициях понималась судьба.

0
0
0
s2sdefault

Я знаю, что ничего не знаюЭта довольно известная и парадоксальная фраза заставляла задумываться многие поколения. Почему же человек снова и снова к ней возвращается? Давайте попробуем поразмышлять.

Начнем с контекста. Сократа, которому фраза, собственно, и принадлежит, однажды просто наповал сразило известие о том, что Дельфийский оракул назвал его мудрейшим из людей. И Сократ начал размышлять, почему же так было сказано и что это значит. Если верить ученику Сократа Платону («Апология Сократа»), Сократ решил найти человека более мудрого. Он обратился к видному государственному деятелю, но увидел, что тот не так мудр, как кажется: «Мы с ним, пожалуй, оба ничего в совершенстве не знаем, но он, не зная, думает, что что-то знает, а я коли уж не знаю, то и не думаю, что знаю». После Сократ пошел к поэтам, а потом к ремесленникам, и выяснилось, что все они тоже убеждены в своей мудрости. Да, они разбирались в своем ремесле, но вследствие этого считали себя самыми мудрыми и относительно «прочего, самого важного».

0
0
0
s2sdefault

«Человек есть мера всех вещей». Эта фраза многим известна, но ее продолжение, думаю, знакомо далеко не каждому. Еще в V веке до н.э. софист Протагор подарил ее эллинам, Платон увековечил ее в своем произведении «Теэтет», так она дошла и до нас с вами.

Давайте вспомним, как эта фраза звучит полностью, и поразмышляем над ней: «Человек есть мера всех вещей: существующих, что они существуют, и не существующих, что они не существуют» (Платон, «Теэтет», 152а).

Да, человек познает мир, измеряя все относительно себя (большое, маленькое, быстрое или медленное), и это естественно — мы все соизмеряем с собой, своим мнением, пониманием.

0
0
0
s2sdefault

Лето входит в свои права, и самое время задуматься о планах на будущий год. Хочется так много, а времени так мало… И в голове снова и снова крутится вопрос: «Как же быть со временем?»

Я рада, что на встрече с Еленой Сикирич, президентом Культурной ассоциации «Новый Акрополь», моим учителем, кто-то задал этот вопрос и прозвучали важные для меня подсказки.

0
0
0
s2sdefault

Миф и философияВо Вселенной — как во внешней, той, что нас окружает, так и во внутреннем мире — все взаимосвязано, голографично, все ускользает от привычной логики и линейного образа мышления, которые дробят мир на части и, исследуя одну проблему, забывают, что предмет исследования неотделим от жизни в целом и является лишь одной из ее граней.

Поскольку невозможно приспособить реальность к нашему образу мышления, необходимо наше мышление приспособить к реальности.

Понимание того, что целое присутствует в каждой своей части и каждая часть есть некоторый, может быть неполный, образ целого, ведет к многостороннему подходу, исследованию объекта со всех сторон, к постепенному приближению к объекту и слиянию с ним.

Из этого слияния рождаются символические структуры, выражающие глубокую, многогранную сущность вещей и парадоксальную природу жизни, где нечто есть не только А, но и Б и где одна вещь имеет множество значений, поскольку одновременно принадлежит различным планам существования.

0
0
0
s2sdefault

 

Джордано БруноГрядут новые времена. На пороге третьего тысячелетия и новой, рождающейся Эры Водолея иногда создается такое впечатление, что зло, выпущенное из ящика Пандоры, обрело уже такую силу и плоть, что сражаться с ним становится невозможно. В душе многих возникает тревожный вопрос: «Возможно ли вообще когда-нибудь освободить из ящика Пандоры надежду, или она так и останется вечным пленником, радость встречи с которым не дана ни нам, ни будущим поколениям?» Современный мир переживает ныне тяжелую пору. Мы становимся свидетелями глубокого социального и духовного кризиса, политического и человеческого лицемерия, невежества и безысходности, царящих в душах людей, которые утратили самих себя, собственные жизненные критерии и смысл существования. Серьезной почвой для размышления являются наставления древнеегипетского мудреца, произнесенные уже две тысячи лет тому назад, но не потерявшие актуальности и для нас сегодня:
«...Поймите смысл слов того, кто находится на пороге смерти. Пусть каждый человек сделает все, что в его силах, чтобы его любили. Да будут справедливы и истинны все ваши слова.
Обращаюсь к вам от всего сердца, о грядущие поколения, и надеюсь, что вы откликнетесь. Знайте, что одинокое сердце не должно молчать, ибо оно понимает, что груз, создавшийся впоследствии, нужно будет унести с собою в мир иной, выложить на весы Судьбы и ответить за него...» (Речение Ипусера. Египет, около 2000 г. до н. э.)
«Знайте, что одинокое сердце не должно молчать...» В эпоху, когда многие по невежеству, бездарности или трусости дрожали за собственную жизнь, сердце гения Возрождения, великого ученого, философа, мистика и поэта Джордано Бруно заговорило в его книге «О героическом энтузиазме». Прошли века с того момента, когда на восходе солнца 17 февраля 1600 года на Кампо ди Фьори в Риме, «проявляя милосердие и избегая пролития крови», инквизиция совершила еще одно преступление. Джордано Бруно был живым сожжен на костре... Убили его, перед смертью еще и язык вырвали, на всякий случай... но душу Титана не могли заставить замолчать. «Я же не считаю, что меня что-либо может связать, так как убежден, что не хватило бы никаких веревок и сетей, которые смогли бы меня опутать какими бы то ни было узами, даже если бы с ними, так сказать, пришла сама смерть. Равно не считаю я себя и холодным, так как для охлаждения моего жара, думается, не хватило бы снегов Кавказских или Рифейских гор», — так начинается рукопись «О героическом энтузиазме» Джордано Бруно.

0
0
0
s2sdefault

Пер ГюнтЕвропа середины XIX века. Помимо всех грандиозных событий в политической, экономической и тому подобной жизни что­-то очень значительное происходит во внутренней жизни людей — менее заметное, но более важное, так как именно оно впоследствии определит судьбу Европы и всего мира. Как будто гигантский маховик истории пришел в движение внутри наших душ, начав новый свой поворот, разрушая то, что казалось незыблемым. Снова стали актуальными вечные вопросы о природе человека, о его месте и роли в мире, о предназначении. Тогда немногие это осознавали, в основном это были художники, поэты, писатели, философы. Их главная заслуга, наверное, не только в попытке ответить на эти вопросы, а в том, что они сформулировали эти вопросы для нас.

В первой половине XIX века датский философ Сёрен Кьеркегор пишет о кризисе человека, утратившего свои идеалы. Его идеи — зерна будущей экзистенциальной философии, один из основных вопросов которой — реальность человека, его положение и его перспективы в мире. Эти же вопросы волнуют Ибсена, которые он ставит в своих пьесах. Одной из постоянных его тем является конфликт между прошлым и настоящим. В «Кесаре и Галилеянине», «Бранде», «Пер Гюнте» Ибсен поднимается до глобальных исторических проблем — смерти старых идеалов и поиске новых, который приводит порой к крайностям. Мы прикоснемся только к одной из этих пьес — «Пер Гюнту», написанной в 1867 году, два года спустя после выхода «Бранда» (их герои полностью противоположны друг другу, как будто Ибсен исследовал различные способы реакции на кризис).

 

0
0
0
s2sdefault

Возможности взять это интервью мы ждали все десять лет, в течение которых уже выходит наш журнал, но только в этом году мечта осуществилась. Как обычно, все произошло совершенно неожиданно. Он зашел в редакцию быстрой и уверенной походкой. На вид чуть меньше тридцати, подтянут, энергичен, улыбается. Плащ остался на вешалке, рукопожатие, обмен визитками... Последние сомнения отпали: да, это он, тот, кому и посвящен наш журнал — человек без границ.

0
0
0
s2sdefault

ВВЕДЕНИЕ
Майя — древнее восточное божество, воплощающее Иллюзию. Речь идет о завесе, за которой Природа скрывает суть всех вещей и явлений, чтобы мы, люди, не смогли слишком легко постичь ее скрытые законы. Красота Майи и ее многочисленные игры обманывают и искушают нас, помогая прожить те годы, что выпали нам на Земле.
Иллюзия играет с нашими чувствами. И мы участвуем в этой игре — более или менее отдавая себе в этом отчет. Строго говоря, иллюзия не есть нечто несуществующее, хотя мы ее таковой воспринимаем. Игры Иллюзии основываются на реальном и определенном, но преходящем. Это реальности, существующие не дольше мыльного пузыря... не дольше иллюзии. Однако мы в своем невежестве полагаем, что эти сиюминутные истины и есть настоящее.

0
0
0
s2sdefault