Британские ученые путем долгих исследований установили, что кофе — вредный напиток, а бразильские — что полезный. Или наоборот… или это были американские ученые… Не так это важно. Просто одни ученые спорят с другими всерьез. Не только по таким пустякам, но и по вопросам серьезным и для нас жизненно важным.

Одни врачи говорят, что надо пить таблетки, другие — что этого делать нельзя. И люди спорят о том, как лучше лечиться — йодом или медом, как в мультфильме про Незнайку — Пилюлькин и Медуница.

0
0
0
s2sdefault
vk button
powered by social2s

Недавно на лекции о «Бхагавадгите», когда обсуждали битву на поле Курукшетра и выбор Арджуны, всплыл вопрос (он, кстати, довольно часто возникает, когда мы изучаем Платона и его теорию идей) о противоречии между добрым и справедливым. Сложный выбор: поступить по-доброму или по справедливости?

Например, по-доброму мне надо бы простить, пожалеть, а по справедливости надо бы ответить, как сейчас говорят, «симметрично» (раньше выражались более образно: око за око…). И хотя в сам момент действия я редко (на самом деле, очень редко) поднимаюсь до философского осмысления темы, подчиняясь, скорее, эмоциям, а не разуму, всегда хотелось хотя бы постфактум понять и разрешить это противоречие, и найти такой образ действия, который сочетает в себе и то, и другое, добрый и справедливый одновременно. Когда такое все же происходило в жизни, возникало очень интересное необычное (больше на уровне интуиции, чем рациональное) ощущение уверенности и правильности пути.

0
0
0
s2sdefault

Какую роль в жизни человека играет благодарность?

Цицерон сказал: «Ни одним качеством я не хотел бы обладать в такой степени, как умением быть благодарным. Ибо это не только величайшая добродетель, но и мать всех других добродетелей». Он ставит благодарность выше других достоинств. Очевидно, что если исходить из его позиции, благодарность следует понимать как некоторое начало, связывающее нас со Вселенной. Это наша причастность ко всему окружающему, наша человечность по отношению к людям, наш интерес к природе, к нашей собственной судьбе, судьбе других людей и к Божественному. В этом контексте благодарность понимается как прочные, глубокие узы с миром, в котором мы живем.

 

Три Грации. Бертель Торвальдсен, 1817—1819

0
0
0
s2sdefault

Слушал в Новосибирске лекцию о логотерапии Виктора Франкла. В процессе обсуждения возник вопрос о сравнении идей и подходов современной психологии, в частности, логотерапии, и философии Платона, неоплатоников и других. Эти идеи вечны, мы знаем о них по Сократу, Марку Аврелию, Канту, огромному множеству других, но все они сейчас менее популярны, чем тот же Франкл… Да, нам легче воспринять язык нашего современника, чем философа жившего несколько веков или тысячелетий назад, но мне кажется, дело не только в этом. Вопрос не в идеях, а в смыслах.

0
0
0
s2sdefault

В своих диалогах Платон утверждает, что если задавать человеку «правильные» вопросы, то можно заставить его душу вспомнить то, что она знала в прошлых жизнях. Подлинное знание в этом смысле — это припоминание тех идеальных образов, с которыми уже знакома разумная часть души человека. Но что же это за «правильные» вопросы, что позволяют душе вспоминать?

0
0
0
s2sdefault

Сегодня мы хотим поговорить о необходимости подлинности.

Предположим, что однажды нам придется прыгнуть с парашютом: нам хотелось бы иметь такой парашют, который раскрывается каждый раз или через раз? А когда нам нужно узнать, который час, мы хотели бы иметь часы, которые показывают точное время всегда или только иногда? Безусловно, в таких вопросах наш ответ будет однозначным — и часы, и парашют должны быть надежными и настоящими. Однако, как правило, мы обладаем этой ясностью только в отношении простых вещей и хотим, чтобы они были наилучшего качества. Нам не нравится, если молоко разбавляют водой, если нам продали неплотно закрытую бутылку вина или автомобиль с плохим карбюратором. Но этого качества, которого мы требуем в повседневных, незначительных вещах, у нас нет в вещах больших и важных. В том, что определяет нашу жизнь и судьбу, мы не просто не требуем, но даже не осмеливаемся просить хоть немного подлинности.

0
0
0
s2sdefault

Человеку свойственно мечтать. Являясь несовершенным по своей природе и стремясь это свое несовершенство преодолеть, каждый из нас силится представить, как это сделать. Мы рисуем в своем сознании картины возможного и называем их мечтами. Не мечтая человек не смог бы развиваться.

Но мечты бывают разными. Можно мечтать поехать в отпуск, купить квартиру, встретить свою вторую половинку, сменить работу, полететь на Марс, сбросить лишний вес, победить онкологию, написать прекрасное музыкальное произведение и установить мир во всем мире. Очевидно, что эти мечты — разные. Отсюда часто встречающийся вопрос: а они настоящие? Это действительно мечты или это просто фантазии воспаленного воображения? И как вообще отличить «настоящую» мечту от «не настоящей»?

0
0
0
s2sdefault

Думаю, были на свете времена, когда человек принимал единое знание о мире и не имел проблем с тем, как назвать Бога. Но люди, развивая свой скрупулезный ум и следуя своим желаниям, стремились все понять буквально и «разложить по полочкам». Это у нас успешно получилось. Религия, по определению своему служащая для объединения людей, теперь разделена на части, и люди спорят друг с другом, какая из них изначальная и истинная. Вряд ли это приближает их к Богу.

0
0
0
s2sdefault

В последнее время задумался о связи между малым и великим, точнее между своей (и не только своей) жизнью и судьбой, как чем-то целым, большим, и огромной массой секунд, минут, часов, дней, из которых жизнь состоит. На первый взгляд они несоизмеримы. С одной стороны — нечто целое и неделимое, с другой — множество отдельных моментов, наполненных отдельными мыслями, эмоциями, действиями. Есть в этой несоизмеримости какая-то загадка. Может быть, такая же, как загадка несоизмеримости круга и квадрата, иррационального и рационального.

0
0
0
s2sdefault

Будучи Посвященным, Платон был связан обетом молчания и не мог в своих произведениях в явном виде выразить все знания, которыми он обладал. Поэтому на многие вещи он намекает, а некоторые положения переданных ему учений излагает завуалированно и в символической форме. Это относится и к учению о метемпсихозе, перевоплощению, к циклическому возвращению раз за разом бессмертной части человека в новую жизнь. Платон не излагает учение во всех подробностях, но лишь намекает на его основные положения в мифе об Эре и в знаменитых четырех аргументах в пользу бессмертия души. Эти аргументы приводит в своем диалоге «Федон».

0
0
0
s2sdefault