Мы действительно начинаем жить разумно только с того момента, когда начинаем исследовать ценности, которые сознательно или бессознательно присваиваем элементам, входящим в нашу жизнь. Но способность к такому исследованию пока еще редка и проявляется сравнительно немногими индивидами, хотя их влияние и охватывает более или менее широкий круг людей в зависимости от степени их активности и способа распространения этого влияния.

Настоящее время характеризуется, помимо прочего, гораздо более широким и интенсивным поиском основ и ценностей, чем когда бы то ни было в нашей истории. Очевидно, что сейчас все люди на планете находятся в ситуации, в которой остро чувствуется потребность в радикальной перестройке ценностей, то есть того, во что они верят и чем дорожат больше всего, причём не в теории, а как об этом свидетельствует их реальная жизненная практика. Среднестатистический христианин может исповедовать веру в возвышенные учения Нагорной проповеди, но вера, фактически управляющая его поведением, должна проявляться в его доме, его журналах, на рынках, в офисах, клубах и на полях сражений. То же самое относится и к людям других вероисповеданий.

Мировые войны, которые мы пережили, текущие условия в мире и опасность другой катастрофы, даже превосходящей по своим масштабам предыдущую — всё это заставляет нас задуматься об истинных ценностях, к сохранению которых в нашей жизни следует стремиться, устраняя иллюзии.

Деньги, власть любого типа, роскошь и торжественные церемонии, всяческие развлечения и удовольствия — всё это явно заманчиво, и этого стремятся достичь с лихорадочной энергией. Это такие же ценности на ярмарке жизни, как и соседствующие с ними качества или идеалы, которые можно назвать именно так, будь то свобода, истина, уважение закона, долг, верность, доброта, красота или справедливость. Все в жизни имеет свою ценность, и в теории и на практике, для того или иного класса людей. Однако ценности любого человека зависят от того «чутья», которое он развил, оценивая их. В этом отношении, как и в других, мы эволюционируем только благодаря опыту (и как индивидуумы, и как общество), а наш рост отражается в ценностях, мотивирующих наши действия.

Ценности дикаря разительно отличаются от ценностей общества, где существуют влияние искусства, стандарты более сложного образа жизни и развитая организационная структура. Когда мы используем слово «ценности», оно звучит как нечто абстрактное и неосязаемое, но признаём ли мы это или нет, они существуют в каждом обществе и лежат в основе психологии и поведения людей, которым принадлежат. Каковы эти ценности на самом деле для любого народа, можно увидеть по тому, как эти люди живут, и унаследованы они из предшествующей культурной и социологической истории.

 

Ценности, лежащие в основе их мышления и мотивов — это ценности, установленные выдающимися людьми, жившими среди них, равно как и результат их собственных проб и экспериментов. Нужно пройти испытание временем, чтобы отделить истинное от ложного, созидающее жизнь от разрушающего её.

Среди разных народов мира индийцы, равно как и китайцы, обладают чувством ценностей, развитым на протяжении долгой истории мысли и достижений, которое отражается в их философии и литературе, в их общественных институтах и обычаях, да и во всем их образе жизни. Справедливо отметить, что за долгие века своего существования эти ценности стали принимать условный характер и в некоторой степени потеряли свою жизненность. Например, идеал ахимсы, или ненасилия, (столь ярким представителем которого был Ганди), как бы его ни нарушали на практике или даже неправильно понимали, есть плод определенного глубокого осознания, лежащего в основе индийского ума, формировавшегося на протяжении тысячелетий.

Концепция Дхармы, предлагаемая индийцу традицией и его религиозно-социальным кодексом — это концепция, основанная на определенном наборе ценностей, заложенных с учетом их долгосрочного воздействия и последствий. Последствий, охватывающих, согласно индийской философии, не только одну жизнь, но и целый ряд перевоплощений, и касающихся не просто временных приобретений и потерь человека, его удовольствий и боли, но и его непреходящего счастья, его продвижения к окончательному освобождению от страданий.

Две мировые войны велись за свободу отдельных людей и наций жить своей собственной жизнью, в безопасности, без диктата или страха перед насилием, мыслить самостоятельно и высказывать свои мысли, если это не ущемляет такую же свободу других людей. Эта свобода была оплачена усилиями союзных народов, которые принесли беспрецедентные за всю историю человечества жертвы. Очевидно, что это принцип, значение которого для долговечного счастья всего человеческого рода было возвеличено и закреплено всеобщим согласием. Он стал лейтмотивом шкалы ценностей, с помощью которой должны регулироваться и управляться формы выражения человеческой жизни.

Я сказал «лейтмотивом», так как он влияет на все этапы нашей жизни. Давайте в качестве иллюстрации возьмём детство и проблему образования для наилучшего приспособления к дальнейшей жизни. Все более и более получает признание тот факт, что практически каждый ребенок несет в себе семена уникальности, и если они будут развиты, то могут стать и станут его самым драгоценным достоянием и вкладом в культуру общества. Таким образом, оригинальность в ее зачатке является ценностью, даже еще более значимой, нежели в своих более поздних, явно выраженных и установившихся проявлениях. Эта ценность, подобно некоему редкому металлу, доселе презираемому и игнорируемому, теперь начинает вступать в свои права. Соответствие было добродетелью, когда было необходимо установить существование неизменных законов природы и, согласно индийскому философу, также и законов морали. Законов, действующих столь же непреложно и естественно в сфере, которая представляет собой лишь продолжение Природы, какой мы определяем ее на основе нашего ограниченного восприятия. Уважение к законам, что незыблемы в природном порядке, а в человеческом обществе в равной степени служат основой справедливого и устойчивого порядка, является ценностью, необходимой для нашего роста и счастья, и мы никогда не превзойдём её. Однако, поощряя соответствие какой-либо установленной системе мышления, воплощенной в сфере образования или в любой другой отрасли нашего общественного порядка, мы ограничиваем свободное движение мысли, ее подходящее выражение и свободу исследования, мы убиваем все возможности проявления оригинальности и изменений, и вместо служения делу жизни как делу радости и развития, мы служим окаменелости и смерти. Таким образом, в любой расширяющейся системе со связывающей шкалой ценностей, связывающей в смысле создания порядка и гармонии, а не хаоса и раздора, индивидуальность, будь то ребенок или взрослый гражданин, должна иметь свое место и основополагающую ценность.

 

Существуют определенные вечные ценности. Но все они складываются в высшее человеческое счастье, достижимое на земле. Каждый человек, и даже каждая одушевлённая форма, ищет большего проявления жизни и счастья, испытываемого в потоке жизни. Поэтому инстинктивное стремление к этой цели, (которая на самом деле не является целью, а вечным становлением), не является несовместимым с теми ценностями, которые способствуют всеобщему и индивидуальному счастью и возрастанию жизни, выраженному не в паразитизме, но в творчестве и вкладе в общее благо. Более того, любая цивилизация, воплощающая такие ценности, уже не будет нуждаться, чтобы её поддерживали подавлением или силой, ибо она будет служить врожденным потребностям людей, разделяющих эти ценности, и соответствовать им. В такой цивилизации каждому человеку можно доверять в том, что он придет к принятию этих ценностей через собственные наблюдения и опыт. Их не нужно навязывать ему с помощью методов, которые приняты в авторитарных государствах для воздействия на умы людей. Истинный закон нуждается лишь в установлении фактов, которые он освещает и суммирует.

Мировая война, пока она продолжалась, усиливала контраст между идеалами, которые отстаивали воюющие нации. Это было время напряжения, предвидения и возвышенных ценностей. Когда жизнь, счастье и удача приносились в жертву столь свободно, не могло быть более высокой цены для дела, считавшегося более великим, чем эти блага, что обычно так дороги в мирной жизни. Но ценности, переживаемые тогда, когда струны человеческого сознания натянуты, а затем с усилием удерживаются, склонны исчезать, когда магический момент проходит, и происходит не только возврат к узости нашей обыденной жизни, но даже обратная реакция от избытка напряжения, вызванного этим усилием. В век беспорядочных контактов, яростной непрерывной пропаганды и методов массовой мобилизации любому человеку гораздо труднее, чем когда-либо прежде, видеть ясно и сохранять своё чувство ценностей, какими бы они ни были. Тем не менее, это единственная карта и компас, которыми мы обладаем, чтобы добраться до нашей гавани.

Глава из книги «Интересы человека»

Перевод: Евгений Андреев. Редакция: Леонид Мебель.

You have no rights to post comments

0
0
0
s2sdefault
vk button
powered by social2s