Величественные дворцы, романтические павильоны, зеркальная гладь прудов, вековые деревья... Вот уже почти триста лет парки Царского Села зовут побродить по своим аллеям и дорожкам, и на этот зов так трудно не откликнуться.

 

Царскосельская осень пробуждает воспоминания... «Ах, Александр Сергеевич Пушкин, ну что же Вы нам ничего не сказали?..» — душа возвращается в далекое прошлое, ей так нужен этот осенний разговор о чем-то очень важном, разговор с Пушкиным и Жуковским, с Ахматовой и Мандельштамом, с Анненским и Тютчевым. И вот время замирает, суета уходит, и в тишине начинает звучать тихий голос царскосельской музы, и тени поэтов появляются на усыпанных золотыми листьями дорожках.

Осень — время воспоминаний. Или, может быть, предчувствия еще не свершившегося.

Не се ль Элизиум полнощный,
Прекрасный царскосельский сад,
Где, льва сразив, почил орел России мощный
На лоне мира и отрад?
А. С. Пушкин

Какая царская нынче осень в Царском Селе!
Какие красные листья тянутся к черной земле,
какое синее небо и золотая трава,
какие высокопарные хочется крикнуть слова.
Б. Окуджава

И снится сон другой душе моей:
Мне чудится — во мгле аллей старинных,
На радостном рассвете юных дней
Один, весной, при кликах лебединых,
Мечтатель бродит... Блеск его очей
Из-под бровей, густых и соболиных,
Загар лица, курчавый пух ланит...
Всё в нем душе так много говорит!

Рассеянно к скамье подходит он,
С улыбкою он книгу раскрывает,
Задумчивостью краткой омрачен,
Недолго он внимательно читает...
Из рук упал раскрытый Цицерон...
Поэт поник, и что-то напевает.
И вот, смеясь, набросил на листе
Послушный станс невинной красоте.
К. Фофанов

Осенней позднею порою
Люблю я царскосельский сад,
Когда он тихой полумглою
Как бы дремотою объят,
И белокрылые виденья,
На тусклом озера стекле,
В какой-то неге онеменья
Коснеют в этой полумгле...

И на порфирные ступени
Екатерининских дворцов
Ложатся сумрачные тени
Октябрьских ранних вечеров —
И сад темнеет, как дуброва,
И при звездах из тьмы ночной,
Как отблеск славного былого,
Выходит купол золотой...
Ф. Тютчев

Все души милых на высоких звездах.
Как хорошо, что некого терять
И можно плакать. Царскосельский воздух
Был создан, чтобы песни повторять.

У берега серебряная ива
Касается сентябрьских ярких вод.
Из прошлого восставши, молчаливо
Ко мне навстречу тень моя идет.

Здесь столько лир повешено на ветки,
Но и моей как будто место есть.
А этот дождик, солнечный и редкий,
Мне утешенье и благая весть.
А. Ахматова

 

You have no rights to post comments