Ктоя? Что значит быть Человеком?Согласитесь, что вопрос «что значит быть Человеком?» звучит несколько необычно, ведь каждый из нас считает себя уже человеком и вряд ли сомневается в этом. Но, оказывается, философы считают этот вопрос абсолютно естественным и говорят о том, что человек — существо очень непостоянное, внутренне неустойчивое, и, родившись однажды биологически, он всю свою жизнь идет путем становления личности и поиска индивидуальности, чтобы родиться, состояться как Человек.
В XV веке один из итальянских гуманистов — Пико дела Мирандола — в своем произведении «Речь о достоинстве человека» написал такие слова: «Тогда принял Бог человека как творение неопределенного образа и… сказал: "Не даем мы тебе, о Адам, ни определенного места, ни собственного образа, ни особой обязанности, чтобы и место, и лицо и обязанность ты имел по собственному желанию, согласно твоей воле и твоему решению…"». По мысли философа получается, что каждый из нас своей жизнью, своим образом жизни сам отвечает на вопрос «кто я?». А ведь порой мы об этом совсем не задумываемся и пеняем на сложные обстоятельства, на непреодолимые преграды, на выборы, которые кто-то за нас делает, и повторяем: «Жизнь заставила!»… Но в итоге получается, что, как ни крути, каждый из нас перерождается в то, что хочет, и становится тем, кем пожелает… Как же здесь найти ориентиры и понять, что зависит от нас, а что нет?

«Тогда принял Бог человека как творение неопределенного образа и, поставив его в центре мира, сказал: "Не даем мы тебе, о Адам, ни определенного места, ни собственного образа, ни особой обязанности, чтобы и место, и лицо и обязанность ты имел по собственному желанию, согласно твоей воле и твоему решению. Образ прочих творений определен в пределах установленных нами законов. Ты же, не стесненный никакими пределами, определишь свой образ по своему решению, во власть которого я тебя предоставляю. Я ставлю тебя в центре мира, чтобы оттуда тебе было удобнее обозревать все, что есть в мире. Я не сделал тебя ни небесным, ни земным, ни смертным, ни бессмертным, чтобы ты сам, свободный и славный мастер, сформировал себя в образе, который ты предпочтешь. Ты можешь переродиться в низшие, неразумные существа, но можешь переродиться по велению своей души и в высшие божественные". О, высшая щедрость Бога-отца! О высшее и восхитительное счастье человека, которому дано владеть тем, чем пожелает, и быть тем, чем хочет!»

Пико дела Мирандола «Речь о достоинстве человека»



Традиция
Если мы заглянем в мифологию древних культур, то у любого древнего народа найдем миф о сотворении человека. Имена действующих лиц разные, но суть происходящего как-то уж очень похожа. Боги сотворили человека из глины и «вдохнули» в него жизнь. То есть, обобщая все мифы, можно сказать, что человек — существо двойственной природы. Дух и материя — эти два противоположных по своим свойствам начала соединены в человеке. Это объясняет все внутренние противоречия, с которыми сталкивается каждый из нас: то порывы альтруизма и идеалистические цели в жизни, то полная апатия, подавленность или эгоистическое желание достигать цели любой ценой, не считаясь с другими людьми. Мы ищем себя всю жизнь, мы ищем настоящего себя, и, познавая эти две силы, две природы в себе, не знаем и не понимаем, какой же я настоящий. Есть ли что-то неизменное в каждом из нас? Или я всегда разный, всегда противоречивый, непостоянный, непоследовательный и непредсказуемый? А может, так и должно быть?
Многие философы задавались вопросами о природе человека и пытались дать ему определение или символически объяснить все многообразие человеческих состояний. Платон вводит два понятия — личность и индивид. Личность — личина, одежда, маска, то, что скрывает подлинного человека. Индивид — «неделимый», целостный, внутренний «а-том» человека. Личность — это смертная часть человека, оболочка, которая позволяет адаптироваться в социуме, действовать, добиваться успеха, общаться, решать задачи… Индивид — то, что не умирает и продолжает жить после смерти, то, что поднимает нас над вопросами выживания и успеха в область вопросов о Смысле и Добре, о Красоте и Любви, о Справедливости и Истине; это тот, кто побуждает действовать вопреки собственной выгоде и комфорту, тот, кто задает неудобные для нашей повседневной жизни вопросы и заставляет искать ответы, выбирать и действовать… Тот, кто рождает в нас внутренний поиск и неудовлетворенность формулой «жить, как все», это тот, кто пробуждает в нас подлинного философа не по роду деятельности, а по сути. Именно процесс познания индивида в себе пробуждает Человека в человеке, именно эта «сверхъестественность» возводит человека к пределам своих возможностей, раскрывает внутренние потенциалы, которые мы могли бы назвать одним словом — «человечность».

«Все настоящее, подлинно человеческое рождается от избытка: свобода, великодушие, бескорыстие, благородство, самобытность, творчество, сострадание, жертвенность, любовь… Поражает не то, что многие поступают как эгоисты и мучители, а то, что есть чудаки — бескорыстные, плывущие против течения, отдающие силы и жизнь за собственные идеалы и своих близких. То, что тысячи людей, борясь за самосохранение и преуспевание, предают и «пожирают» друг друга, всего лишь естественно. Но действительно необъяснимо, загадочно и сверхъестественно то, что Сократ, отвергнув спасение любой ценной и победив основополагающий инстинкт самосохранения, пьет цикуту, Христос восходит на Крест, Джордано Бруно — на костер, а Януш Корчак добровольно идет на смерть в газовую камеру вместе со своими воспитанниками — еврейскими детьми. Когда правители и власть имущие держатся за богатство и привилегии, это естественно. Но восстание декабристов, которые вышли на Сенатскую площадь, рискуя жизнью, свободой и благополучием, чтобы избавить крепостных от неволи, чудесно и подлинно человечно…»

П. Рябов. «Роскошь мироздания»


Как распознать, что направляет нас в жизни, что диктует выборы и поступки? Личность опирается на различия, индивид ищет объединения и единства. Личность побуждает ставить себя в центр интересов, искать наилучшее решение и выход из сложных ситуаций, опираясь на то, что будет наилучшим лично для меня, независимо от других людей. Да, да, тот самый здравый эгоизм, который в наше время незаметно перешел в разряд достоинств человека. Индивид обращает нас вовне — к общему делу, к общей пользе, к общему благу. Помните девиз царскосельского лицея: «Для общей пользы!»? А основой воспитания гражданина в древнегреческом полисе был тезис «Общее всегда важнее частного». Наверное, сложность нашего времени в том, что нам очень трудно понять, что является действительно нашим общим делом, общей ценностью, общим благом: сохранение природы и забота о ней? Дети и воспитание будущего поколения? Культура как воплощение человеческих ценностей? Помощь другим людям?
Да, вопросов все больше, но как найти ответы и как узнать себя настоящего?
Платон в IV веке до н.э. дал совет, не потерявший актуальности: познавая идеи Доброго, Прекрасного, Справедливого и Истинного, мы познаем Индивид — то подлинное, целостное, что не подвержено сиюминутным изменениям в нас, нашу внутреннюю суть, нашу сердцевину, наш центр.
Но как начать это познание? Вряд ли нас ежедневно мучают вопросы о том, что есть Истина, что есть Справедливость. Скорее, наши вопросы — о выборе профессии в своей жизни, о своем предназначении, о любви, о дружбе, о смысле жизни, о собственной свободе. Если они у вас есть — вы уже философ.
Давайте попробуем поразмышлять вслед за Платоном.

В поисках Истинного

 Я знать хочу, к чему с лазури небосвода
Льет солнце свет и жизнь в волнах своих лучей,
Кем создана она — могучая природа,—
Твердыни гор ее и глубь ее морей;
Я знать хочу, к чему я создан сам в природе,
С душой, скучающей бесцельным бытием,
С теплом любви в душе, с стремлением к свободе,
С сознаньем сил своих и с мыслящим умом!
Живя, я жить хочу не в жалком опьяненьи,
Боясь себя «зачем?» пытливо вопросить,
А так, чтоб в каждом дне, и в часе, и в мгновеньи
Таился б вечный смысл, дающий право жить.

Семен Надсон


Каждый из нас в детстве задается вопросами об устройстве мира, о происхождении тех или иных природных явлений, о том, откуда он появился и куда потом исчезнет, и куда исчезают все те, кто умирает… Куда, как, откуда, почему?.. Постепенно этот нескончаемый поток вопросов стихает, нам начинает казаться, что мы кое-что уже знаем, — и это действительно так! Но чем шире область того, что мы познали, тем более мы ощущаем, сколько еще непознанного лежит за пределами наших знаний.

В ответ на прорицание пифии, что самый мудрый человек среди афинян — это Сократ, тот сказал: «Я знаю, что ничего не знаю, но они не знают даже этого».

 

Именно это осознание собственной несамодостаточности дает нам возможность принять точку зрения другого человека, ведь каждый из нас не может знать всё и не может владеть «истиной в последней инстанции». Порой столько жарких споров и дебатов, даже ссор возникает лишь оттого, что каждый доказывает именно свою правоту, истинное видение ситуации, апеллируя к проверенным источникам информации. Но, может, стоить вспомнить, что каждый из нас, как бы ни хотел знать всё, видит лишь какую-то часть, и всегда есть то, что скрыто от нашего понимания. Может, стоит услышать и другую точку зрения, нам же не обязательно с ней соглашаться.

Привели как-то в один город слона. Многие захотели увидеть его. Среди них были и известные на всю округу слепые мудрецы. И шесть мудрецов пошли «смотреть» слона.
Первый нащупал большое плоское ухо. Оно медленно двигалось вперед и назад.
— Это большое опахало! — воскликнул он.
Второй мудрец стоял возле ноги слона и трогал ее. Она была круглой и могучей.
— М-м-м... это что-то круглое и толстое… Слон похож на дерево! — воскликнул он.
— Вы оба не правы. — сказал третий. — Да, он круглый, но не толстый и к тому же очень гибкий! Он похож на веревку!
Этот мудрец нащупал хвост слона.
— Ну, нет! Слон похож на копье! Да — круглый, да — тонкий, но не гибкий! — воскликнул четвертый, который ощупывал бивни слона.
— Нет-нет, — закричал пятый, — слон, как высокая стена. Большая, широкая и шершавая, — говорил тот, ощупывая бок слона.
Шестой мудрец в руках держал хобот слона.
— Все вы не правы, — сказал он, — слон похож на змею.
— Нет, на веревку!
— Нет, змею!
— Стену!
— Вы ошибаетесь!
— Я прав!
Шестеро слепых мудрецов, не смолкая, кричали друг на друга. Их спор продолжался целый день, а к единому мнению они так и не пришли. Каждый мудрец представлял себе лишь то, что могли чувствовать его руки и верил он только себе. В результате, каждый думал, что только он прав и знает, на что похож слон. Никто не хотел слушать то, что говорят ему другие. Поэтому они так и не узнали, как выглядит слон. 


Заложенная в нас естественная потребность познавать, по всей видимости, дана человеку не только, чтобы выжить и сохранить вид. Познавать — это не просто любопытствовать и собирать разные мнения, а переосмысливать и выстраивать собственное мировоззрение, целостную картину мира. Именно человек способен работать с воображением и оперировать абстрактными понятиями, именно человеку важно найти свое место в мире — а для этого нужно понять, как устроен этот мир, по каким законам он развивается. Наше мировоззрение это не коллекция фактов из научно-популярной литературы, это не набор теорий происхождения жизни на земле, это не сумма прочитанных книг и симпатичных идей; наше мировоззрение это наше отношение к жизни и смерти, к добру и злу, к природе, Вселенной, к Богу, к другим людям и к самому себе. Это наше представление о том, по каким законам все развивается и какому закону хочу следовать я сам в своей жизни. Это наша позиция, которая будет определять наш образ жизни. Если, по нашему представлению, жизнь — это джунгли, где «каждый сам за себя» и выживает сильнейший, то мы с вами недалеко уйдем от обитателей тех самых джунглей. Да, возможно, нам повезет и мы станем «сильнейшими», любой ценой вырвем у жизни успех, желанный комфорт и материальные блага, но что потом? А потом по закону джунглей найдется «новый сильнейший», который в какой-то момент отнимет это у нас, и для нас это станет трагедией — потерей всего.
 Наше мировоззрение, подобно огромному собору, строится на протяжении всей жизни. И чем более кропотливо и неустанно мы трудимся над этим, тем более устойчивым и прочным получается здание наших убеждений. Мы познаем всю жизнь, читая книги, переживая фильмы и спектакли, разделяя судьбы других людей, получая собственный опыт. Да, мы можем заимствовать идеи и знания у тех, кто проделал путь становления своего мировоззрения. Но, в конечном счете, важно, чтобы на основе собранного материала строилось свое здание. Даже пара ваших личных убеждений стоит больше, чем обширная коллекция чужих мнений и идей.
Но ведь чьи-то убеждения могут ограничить мою свободу? А мои убеждения могут быть неудобны другим? И здесь встает вопрос о сосуществовании людей, о справедливости.

В поисках Справедливого
Вопрос о справедливости естественно возникает у нас в процессе поисков своей свободы. Помните, еще в детстве мы всегда старались нащупать границы своей свободы, проверяя на прочность позицию наших родителей в тех или иных вопросах. Да, мы ищем свободы, мы жаждем свободы — но свободы от чего или от кого? Считаем ли мы себя свободным человеком? Если да, то почему в нашей жизни столько обстоятельств, которые нас ограничивают, а иногда даже заставляют нас выбирать то или иное. У нас есть обязательства по отношению к работе, к другим людям, к государству — самые разные, и не всегда приятные нам. И в то же время в нашей жизни есть то, что мы совершаем просто из любви и дружбы и не считаем это обязательствами. И нас это не тяготит, а радует…

«Не бывает обстоятельств, когда нельзя поступить иначе. А если у нас такие обстоятельства все-таки находятся, значит у нас нет совести. Совесть — это то, что диктует, как поступить, когда есть выбор. А выбор есть всегда...»

Юрий Лотман

«Свободный человек распоряжается только тем, чем может распоряжаться беспрепятственно. А распоряжаться вполне беспрепятственно можно только самим собой. И потому если ты увидишь, что человек хочет распоряжаться не самим собой, а другими, то знай, что он не свободен: он сделался рабом своего желания властвовать над людьми».

Эпиктет «О том, что такое истинная свобода» 


По всей видимости, ответ на вопрос о справедливости и свободе находится внутри нас. Все зависит от того, как мы относимся к тому или иному явлению. Воспринимаем ли мы обязательства, как данные нам извне? Или как то, что я принимаю с доброй волей и любовью, — как свою ответственность, свой выбор, как свой долг, свое служение. Наше время удивительно тем, что для многих понятия долга и служения кажутся какими-то архаичными, пугающими, ограничивающими личную свободу. Но вспомним, например, что для представителей русской театральной и музыкальной интеллигенции сказать: «Я работаю в театре» было немыслимо! Только «Я служу в театре». Именно потому, что «работаешь» ты «на кого-то», а «служишь» ты сам, по доброй воле и во имя кого-то или чего-то. Это ли не подлинная свобода!
Долг перед своей совестью извлекает из нас лучшее — самое возвышенное и человечное, выковывает наши убеждения, проясняет и проверяет наше мировоззрение, выверяет цели и сопрягает нас с другими людьми. Наша подлинная свобода — это не свобода в изолированности от всего мира, наша подлинная свобода — в готовности ощутить себя причастным общему делу, судьбе другого человека, нашей истории. Наша подлинная свобода — в уважении жизни как таковой в любом ее проявлении, в любой форме.
Природа дает нам примеры и модели справедливости как порядка или закона. Любая экосистема построена так, что каждая часть служит целому. В стае волков каждая особь имеет свою задачу, обеспечивающую жизнь всей стаи. В улье все роли распределены исходя из общего блага. Все в природе устроено так, что часть гармонично вписана в целое. И если не отделять человека от природы, от мироздания, то можно предположить, что он тоже играет свою роль в этом общем движении. И тогда вопрос о свободе перейдет в вопрос о том, за что я хочу взять ответственность, потому что ощущаю себя частью этого целого и не могу по-другому.
Начинается все с малого — с детства, с семьи. Я росту на всем готовом (потребителем благ), или я тоже участвую в создании благ для всей семьи, даже если это просто порядок в игрушках, забота о цветке или рыбках, открытка на день рождения бабушки? Ведь с этого начинается сосуществование, сочувствие — та самая человечность. С простого осознания: «Я не центр вселенной», жизнь вращается не вокруг меня и моего «хочу», а я участвую в общем движении и вношу свою лепту. И тогда простое и щедрое действие, доброе слово, подаренное другому, делает по-настоящему счастливыми. Как легко становится, когда можно оставить в стороне тяжелый груз — список требований к другим людям, к государству, когда можно убрать мучительное ожидание признания наших заслуг со стороны судьбы или благодарности от других людей!

«Я существую не для того, чтобы меня любили и мной восхищались, а чтобы самому действовать и любить. Не долг окружающих мне помогать, а я сам обязан заботиться о мире и человеке».

Януш Корчак

«Свобода, если ее реализация не сопряжена с ответственностью, угрожает выродиться в простой произвол. Я люблю говорить, что статуя Свободы на восточном побережье США должна быть дополнена статуей Ответственности на западном побережье».

Виктор Франкл «Человек в поисках смысла»

«Есть одна очень важная идея, над которой я работаю и в книгах, и в жизни: ТРОПА. Даль утверждает, что слово «тропа» возникло из архангельского говора, от глагола «тропать», «вытаптывать дорожку». И я в понятии «тропа», в отличие от «дороги», акцент ставлю на слове «вытаптывать». До меня тропы не было — я её топчу. Жизнь как тропа. Каждый вытаптывает свою тропу. В первых книгах и в первые годы жизни здесь я подчёркивал именно мой личный вклад в тропу — я топчу! Я был очень горд: моё эго, моя тропа!
А после книги «Дом над Онего» мы поехали на Кольский полуостров к саамам, и тогда до меня дошло, что я глубоко заблуждаюсь, думая, что я такой важный. Саамы научили меня ходить по тундре, показали, что это дело не зависит только от меня. Каждый раз мы идём по-разному, потому что то, как мы проложим свою тропу, зависит от окружения, от природы. Например, если половодье или только что сошёл снег, мы не можем пройти в некоторых местах через реку, мы должны искать мель. Мы не можем пойти там, где был сильный снегопад и только что сошли лавины. На самом деле не «я иду, я топчу». Наоборот, я должен быть очень внимательным, слушать мир — он мне подсказывает, куда идти. Раньше я думал, что я вытаптываю тропу, — сейчас понимаю, что тропа вытаптывает меня! И это очень важно».

Мариуш Вильк 


В поисках Прекрасного
Есть тысячи людей, которые на вопрос: «Красиво это или нет?» отвечают: «Мне все равно». А действительно ли это так? Есть ли в нас заложенное чувство Прекрасного? Красота — это субъективное понятие, или есть объективные законы красоты?
Интересно, что греческая культура познавала мир через познание законов красоты, гармонии, соразмерности и оставила немало философских трудов и размышлений об этом.

«...Что есть красота
И почему ее обожествляют люди?
Сосуд она, в котором пустота,
Или огонь, мерцающий в сосуде?»

Николай Заболоцкий 


Давайте вернемся в то состояние, когда мы еще не отягощены знаниями о стилях, тенденциях в искусстве, когда наше восприятие живо и непосредственно, — в детство. Одна девочка, отвечая на вопрос «Кого ты считаешь красивым человеком?», назвала свою соседку, женщину с вполне обыкновенными чертами лица и фигурой, далеко не модель, но очень добрую сердцем. А на вопрос «А кто некрасив?» назвала свою воспитательницу в детском саду, которую все считали красавицей. Каждый из нас помимо внешнего «сосуда» воспринимает и то, что Заболоцкий назвал «огонь, мерцающий в сосуде». И такой подход примиряет разные точки зрения. Каждый из нас смотрит через свою призму, отдавая приоритет либо совершенству сосуда, либо тому самому «внутреннему огню». А объединить наши субъективные взгляды красоты может… природа. Есть то, что завораживает любого человека (даже если он вам в этом не признается), — звездное небо, вода, огонь, бегущие облака, бесконечная даль горизонта…

«При виде величавых белоснежных гор, глубокой синевы, морского простора, тихой березовой рощи, колосящейся нивы вдруг тает в душе задерганного жизнью человека вся накипь, все мелкое, суетное, временное. Душа прикасается к возвышенному и вечному».

Владимир Солоухин 


Да, именно величие и красота Природы напоминают нам о том, что внутри нас есть что-то вне времени, вне суеты повседневности, вне быстротечности бытия, есть что-то бессмертное. И это наша первая встреча с собой настоящим. Эта встреча, это прикосновение Прекрасного к нашей душе — как возвращение памяти о нашем бессмертии, как пробуждение ото сна, как камертон всего подлинного, как ориентир на всю жизнь.

«Можно сказать, что единственная пища нашей души — это красота, она ищет ее повсюду и даже на низших ступенях жизни не умирает с голода. Ибо нет красоты, которая прошла бы совершенно незамеченною».

Морис Метерлинк 


Да, чувство Прекрасного в нас есть для того, чтобы мы проснулись! А дальше — это уже ступени, лестница восхождения к Прекрасному, от красоты форм к красоте содержания, от эстетики к этике. Кстати, греки назвали это калокагатия, «прекрасно-добрый», то есть сочетающий в себе красоту внешнюю и красоту внутреннюю, и положили это в основу воспитания человека и гражданина.

«Искусство — это не всегда картина, храм, книга, стихотворение или музыкальное произведение. Человек — это тоже произведение искусства. Когда в человеке эстетика пускает внутренние корни, мы видим, как этот человек начинает излучать как раз то, что все мы ищем, — красоту. А красота всегда рядом с Истиной, красота рядом со Справедливостью, красота рядом с Благом».

Делия Гусман 


В поисках Доброго
Доброе — это то, что является основой взаимосвязей. То, что лежит в основе любви и дружбы, согласия и содружества. Доброта, как вода, всегда находит дорогу, растапливает льдинки, объединяет и никогда не разделяет на «своих» и «чужих»; доброта согревает и примиряет. Она открывает нас навстречу другому человеку и Природе, рождает доверие. Именно доброта исцеляет от отсутствия смысла, потому что первый шаг навстречу тому, кому мы можем помочь или хотя бы просто протянуть руку в ответ на улыбку, — это шаг навстречу смыслу своей жизни. В этот момент происходит чудо: мы выходим из одиночества!
Смысл наших действий лежит всегда в контексте чего-то большего — цели, задачи, которую мы ставим, нашей мечты. Смысл фразы раскрывается в контексте текста произведения, смысл поступка — в контексте жизни человека. Так и для нас важно придать контекст — или, другими словами, смысл — нашей жизни.

«Душа нуждается в смысле жизни. Она должна знать, ради кого и ради чего живет и умирает. Ей необходимо мечтать глубоко и сильно и иметь любимое дело, через которое эти мечты могли бы осуществляться. …Мудрые говорили, что человек без смысла жизни, без высоких мечтаний и любимого дела, поистине одинок».

Елена Сикирич 


Возможно, мы могли бы задать более естественный вопрос: как найти счастье? И если опереться на все уже сказанное, то мы могли бы кратко сказать: счастье в обретенных взаимосвязях, в новой встрече с миром, с другими людьми, с Богом внутри нас — счастье не в одиночестве.
Может быть, это и есть главный секрет Человека, которому суждено обрести второе рождение? Проделать путь от одиночества к Любви, связующей всё, от мучительного ощущения внутренней раздробленности — к целостности, от списка требований ко всем вокруг — к чувству ответственности за других. И человек, поставленный в центре мира, — не потому, что жизнь вращается вокруг него, а потому, что он человек, — сам выбирает и строит свою судьбу. И выбор — это лестница, по которой мы можем прийти к Человечности.

Куда иду?
Этот вопрос не праздный и не такой абстрактный, как может показаться на первый взгляд. «Куда иду?» — это вопрос наших целей, наших ориентиров, наших ценностей, наших приоритетов и в конечном итоге наших выборов.
Выбор всегда сложен только потому, что он ставит вопрос и не дает очевидного ответа. Сколько событий и действий в нашей жизни проходят без выбора, без сознательного выбора! Мы действуем и не останавливаемся, не задумываемся. Но вдруг встает это тревожащее, а чаще всего мучительное слово «выбор», и надо принять решение. Что происходит в нас, куда исчезает уверенность? Жизненный выбор — это всегда столкновение материи и духа, личности и индивидуальности. Да-да, их не так много, жизненных выборов, и мы их, как правило, всегда помним — они возвышаются над всеми событиями нашей жизни. Именно потому, что в тот момент мы интуитивно чувствуем, что за выбором — поехать или не поехать в другой город, пойти в один вуз или в другой, поменять работу или нет — скрывается что-то большее: дальнейшая перспектива нашей жизни. И этот внутренний диалог очень мучителен. В нас борются две стихии: одна — вооруженная доводами «за» и «против», с достаточно ясными аргументами, вторая — скромная, интуитивная, без доказательств, лишь предчувствие и тихий голос внутри... Другими словами, эти две стихии мы могли бы назвать «наш ум» и «наше сердце». Ум защищает интересы личности, сердце выступает от лица индивидуальности. Наша личность всегда требует гарантий и не приемлет никакой неопределенности в будущем. Наше сердце — это всегда отклик на судьбу, на те взаимосвязи, которые есть в нашей жизни (мы можем не все из них осознавать). Это всегда отклик на чувство долга, на совесть, на узы любви, на что-то, что выходит за пределы нашего житейского комфорта (физического, психологического), что делает нас сегодня более добрыми и великодушными, более отважными и более человечными, чем вчера. Обстоятельства выбора у каждого свои, но суть происходящего — одна и та же: чему мы отдадим приоритет — духовному или материальному? Конечно, было бы проще, если бы было очевидно, что есть что и чей голос говорит во мне! Но каждый раз мы учимся распознавать ум и сердце, каждый раз мы учимся отличать очевидный «шанс судьбы» от совершенно неочевидного, скрытого за поворотом. Мы не можем скопировать выбор другого человека, не можем повторить его, мы лишь можем учиться критериям на выборах других людей, но выбирать каждый из нас будет сам, и не один раз в своей жизни.

«Вся жизнь наша есть стремление к цели. От начала и до конца она представляется в виде иерархии целей, из которых одни подчинены другим в качестве средств. Есть цели, желательные не сами по себе, а ради чего-нибудь другого: например, нужно работать, чтобы есть и пить. Но есть и такая цель, которая желательна сама по себе. У каждого из нас есть что-то бесконечно дорогое, ради чего он живет. Всякий сознательно или бессознательно предполагает такую цель или ценность, ради которой, безусловно, стоит жить. Эта цель, или, что то же, жизненный смысл, есть предположение неустранимое, необходимо связанное с жизнью как таковой; и вот почему никакие неудачи не могут остановить человечество в искании этого смысла».

Евгений Трубецкой 


Совершая выборы в жизни, мы постепенно отождествляем себя либо с материальной частью — личностью, либо с духовной составляющей — индивидом. Как будто каждый раз подтверждаем выбор, сделанный ранее. И пока в нашей жизни есть это слово — «выбор», — мы живы, мы действуем сознательно, мы ищем, мы рождаемся как Человек. Гораздо хуже, когда мы останавливаемся и вычеркиваем это понятие.
И в зависимости от того, что мы выбираем, чему отдаем приоритет, что становится центром и законодателем внутри нас самих нашей жизни — личность или индивид, и протекает наша жизнь.

«Жизнь — это постоянно упражнение в совершенствовании. Очевидно, что это упражнение должно давать конкретные результаты — некие ясные идеи и представления, служащие фундаментом нашего существования, на котором можно строить все остальное. Когда эти ясные идеи и представления превращаются в ценности, которые управляют нашими чувствами и нашим поведением, возникает внутренняя уверенность, свойственная человеку, который шагает по жизни собственными ногами, даже если пробует новые пути».

Делия Гусман 

 

Аллегория «Геракл на распутье» переживала не одно повторение в искусстве на протяжении столетий. Греческий герой выбирает между Пороком (женщиной изнеженной, упитанной, нарумяненной, самодовольной, развязной, бесстыдной, но предлагающей приятный и удобный путь жизни) и Добродетелью (женщиной скромной и благородной), зовущей на длинный и трудный путь: «…Без труда боги не дают людям никакого добра. Если ты хочешь, чтобы милостивы были к тебе боги, – служи им; хочешь, чтобы почитали тебя сограждане, – будь им полезен… Если хочешь, чтобы земля приносила плоды, возделай ее; хочешь, чтоб стада твои плодились, – ходи за ними; хочешь воевать и побеждать – научись прежде военному искусству; хочешь тело свое сделать послушным твоей воле – закали его трудом в поте лица». Какой выбор сделал Геракл, мы знаем, но что ежедневно выбираем мы сами — это вечно открытый вопрос.



***
Традиция оставила нам еще один символ внутреннего поиска человека — поиск бессмертия. Герои мифов обретали бессмертие, совершая подвиги, побеждая свою материальную, эгоистическую природу, жертвуя собой ради других. Персонажи средневековых легенд искали философский камень или эликсир жизни, исцеляющий больных от неведения. Рыцари отправлялись на поиски Грааля — символа, открывающего Истину тому, кто его найдет… Какого бессмертия ищем мы сегодня? С чем отождествляем себя? С телом, которому пытаемся продлить молодость и жизнь любой ценой? Или мы ищем бессмертия в том, что переживет нас, — в идеях, которым можно дать жизнь, воплощая их в своей жизни, в добрых делах, которые останутся жить в чьем-то сердце? А может быть, бессмертие — в созидании и творчестве, в объединении, в любви, в сопричастности другому и помощи природе; может быть, именно человечность делает нас теми, кем мы можем стать?


 «Забвение вечных вопросов, которыми всегда мучился человек, лишает его человечности. Камень, растения, животные не имеют вопросов. Человека, в отличие от них, мучают вопросы о смысле жизни и смерти, о загадке своего существования».

Андрей Вознесенский

 «Вещи, окружающие нас, — дома, работа, машины — все это обращение, декорации для нашей любви. Вещи, которые принадлежат нам, наши жилища, события наших жизней — это пустые декорации. Как легко погнаться за обрамлением и забыть об алмазе! Единственное, что имеет значение в конце нашего пребывания на земле, это то, как сильно мы любили...»

Ричард Бах «Мост через вечность»

«У будущего есть несколько имен. Для слабого человека имя будущего — невозможность. Для малодушного — неизвестность. Для глубокомысленного и доблестного — идеал. Потребность безотлагательна, задача велика, время пришло. Вперед, к победе!»

Виктор Гюго

«Если каждый день вы преодолеваете в себе хотя бы одно негативное побуждение; если каждый год справляетесь с одним пороком; если каждое десятилетие вам удается совершенствовать свой самоконтроль, — значит, вы творите Историю и своими действиями помогаете не только самим себе, но и всем людям. Даже один человек, который хотя и не владеет собой в полной мере, но все же умеет вовремя сдерживать свои агрессивные порывы в мыслях, словах и делах, который может верно и убедительно объяснить и себе и другим природу нашего поведения, который самой жизнью своей доказывает, что человек — это не мыслящее животное, что он принадлежит к другому царству Природы, который считает вопросы духа первичными по отношению к вопросам "спящего духа", или материи, — такой человек — это островок мира и согласия в океане катаклизмов нашего века, как и любого другого периода времени, подвластного материализму».

Хорхе Анхель Ливрага «Что такое "быть Человеком"?»

«Мы все составляем одно. Но мы не ведаем об этой общности, ибо обра­щаем свой взгляд вовне, вместо того чтобы обратить его к точке, к кото­рой привязаны. Мы все подобны лицам, повернутым наружу, но связан­ным изнутри с единой вершиной. Если бы мы могли вдруг обернуться или нам бы посчастливилось и "Афина потянула нас за волосы", то уви­дели бы одновременно Бога, себя и все сущее».

Плотин «Эннеады»

«Вечные ценности восстановят тогда, когда восстановят ощущение вечности. Трагедия нашего мира и нашего време­ни в том, что исчезла ощущение вечности, вечной, неизменной духовной основы, завета, данного Богом, Логосом, Нусом, Верховной Душой или Духом Святым. Исчезло это ощущение, и люди оказались в каком-то безвоздушном про­странстве, утратили точку опоры, и как неприкаянные сущности мечутся, и не поймут, что с ними происходит».

Татьяна Григорьева

You have no rights to post comments

0
0
0
s2sdefault
vk button
powered by social2s